Если ОПЕК будет настаивать на сокращении квот, Катару выгоднее уйти из этой организации и спокойно наращивать добычу

Не прошло и двух дней с момента объявления о новой договоренности России и Саудовской Аравии по продлению сделки ОПЕК+, как США решили нанести очередной удар по экспортерам черного золота. Сделали они это косвенно, через Катар, который вдруг решил выйти из ОПЕК с 1 января 2019 г. И хотя Доха находится в картеле лишь на 11-м месте по объему добычи нефти и поэтому «перебить» новость о соглашении крупнейших нефтяных держав ей не удалось, определенную нервозность демарш привнес. Но в дальнейшем выход Катара из ОПЕК может оказать на нефтяной рынок более серьезное влияние.

Напомним, что 3 декабря на положительных новостях о новых договоренностях России и Саудовской Аравии фьючерс на баррель нефти Brent с поставкой в феврале 2018 г. стоил $62,5, что на 5% выше уровня закрытия торгов 30 ноября ($59,46). Буквально в это же время на пресс-конференции госминистр энергетики Катара Саад бен Шрида аль-Кааби сообщает, что решение о выходе из ОПЕК для его страны не было легким, учитывая 57 лет членства в организации.

«Катар состоял в ОПЕК 57 лет, поэтому решение о выходе из такой организации не далось легко. Однако влияние Катара в ОПЕК с учетом небольших объемов добычи нефти было незначительным и вряд ли каким-то образом подействует на ОПЕК, которая продолжит свою деятельность», – сказал аль-Кааби.

Ранее Al Jazeera приводила слова министра, что Катар принял это решение, желая сосредоточиться на развитии добычи природного газа и увеличении производства СПГ с 77 до 110 млн тонн в год.

Слабая аргументация министра очевидна, ведь Катар за последние годы в составе ОПЕК очень успешно развивал свою газовую отрасль и даже стал мировым лидером по экспорту сжиженного природного газа.

Тем более что на такой шаг Доха решилась пойти перед встречей министерского мониторингового комитета ОПЕК+ 5 декабря в Вене, где, по словам российского министра энергетики Александра Новака, должно обсуждаться новое соглашение о сокращении добычи стран, входящих в ОПЕК+.

Казалось бы, как может эта ближневосточная страна, доля которой в суммарной добыче нефти картеля в 2017 г. составила всего 1,85%, повлиять на рынок. Но катарское черное золото – это только вершина айсберга. По некоторым оценкам, из-за геологических особенностей 90% добычи страны приходится на газовый конденсат, также относящийся к жидким углеводородам. Поэтому пока непонятно, как поведет себя мировая статистика производства углеводородного сырья, если Катар выйдет из ОПЕК, так как в составе картеля Доха не обнародует статистику по добыче газового конденсата. Не стоит также забывать, что в Катаре находится американская военная база, являющаяся ее главным гарантом безопасности. Поэтому интересы Вашингтона по ослаблению нефтяного картеля также могут преследоваться.

Отраслевые эксперты по-разному расценивают объявление о желании Катара выйти из ОПЕК. Ряд аналитиков считают, что Доха хочет решить экономические проблемы, поэтому намерена снять с себя ограничения. Другие склоняются к тому, что заявление Катара о выходе из Организации стран – экспортеров нефти является прежде всего политическим демаршем, цель которого пока неясна.

Генеральный директор ЗАО «ИнфоТЭК-терминал» Рустам Танкаев в интервью «НиК» отметил, что квоты ОПЕК устанавливаются вместе на нефть и конденсат.

«Во всех странах ОПЕК и ОПЕК+, кроме Катара, нефть и конденсат учитываются вместе. Эта позиция Дохи прослеживается достаточно давно. Страна не отчитывается о добыче конденсата и пытается свести все разговоры к тому, что квоты устанавливаются на одну нефть.

А учитывая, что доля конденсата в добыче Катара составляет 90%, это, мягко говоря, вызывает недоумение. В странах ОПЕК и ОПЕК+ претензий к Катару из-за этого достаточно много. Есть и другие источники напряженности между ОПЕК и Катаром, но они второстепенны», – рассказал эксперт.

По его мнению, выход Катара из состава ОПЕК направлен на то, чтобы на какое-то время создать ситуацию междувластия, во время которой эта страна сможет продолжить борьбу за отсутствие учета конденсата в квоте. Эти новые квоты должны будут предоставлять Катару уже участники ОПЕК+.

Директор Института национальной энергетики Сергей Правосудов также заметил, что Катар собирается сильно нарастить добычу газа, значит, будет добываться больше газового конденсата и ему не нужны ограничения ОПЕК.

«Если ОПЕК будет настаивать на сокращении квот, у Катара это не получится. Дохе выгодно уйти из этой организации и спокойно наращивать добычу», – считает он.

Заместитель директора аналитического департамента «Альпари» Анна Кокорева предположила, что Катару невыгодно дальше оставаться в ОПЕК.

«Они добывают только порядка 600 тыс. б/с, но попадают под все ограничения. Тратят определенные средства на членство в этой организации. Добыча небольшая, и участвовать в этих соглашениях нет смысла. Они в основном газовые производители, и логично, что им имеет смысл сконцентрироваться именно на этом. Тем более что сейчас на рынке СПГ конкуренция обостряется», – заявила аналитик в интервью «НиК».

Доцент кафедры финансовых рынков РАНХиГС Сергей Хестанов считает, что, судя по позитивному настроению нефтяного рынка, скорее всего, роль решения Катара о выходе из ОПЕК расценивается как второстепенная и особых катаклизмов в связи с этим никто не ждет.

«Возможно, решение это обусловлено не столько желанием сильно увеличить добычу нефти, сколь чисто внутриарабскими проблемами. Напомню, что в 2017 г. многие ближневосточные страны разрывали отношения с Катаром, объявляли ему торговую блокаду. Тем не менее какого-то серьезного влияния намерение Катара выйти из ОПЕК на рынок не окажет. В отдаленной перспективе, в течение 5 лет, Катар собирается серьезно увеличить производство сжиженного газа, но с другой стороны, именно этот аспект его деятельности никак соглашением с ОПЕК не регулируется.

Основная подоплека этого события носит характер внутриарабской политики и слабо повлияет на рынок нефти», – заявил эксперт.

Он заметил, что сама по себе добыча Катара невелика; даже если косвенно конденсат этой страны попадет на открытый рынок, он не сможет сильно изменить баланс цен.

Эксперт Института энергетики и финансов Алексей Белогорьев не связывает заявления Катара с нефтегазовыми вопросами.

«Объяснение, которое Катар предлагает, явно неубедительно. Это дипломатический шаг то ли для обострения, то ли для попытки наладить отношения с ближневосточными странами – и прежде всего с Саудовской Аравией. Ведь кризис отношений этих стран, начавшийся в 2017 г., так и не разрешился. Но непонятно, чего Катар хочет достигнуть таким шагом. В возможном выходе Катара из ОПЕК нет никакой драмы для нефтегазового рынка и ОПЕК. Кроме того, Катар ведь может и вернуться. Такие примеры в истории были», – указал эксперт.

По его мнению, возможно, поведение Катара связано с активизацией деятельности Конгресса США по принятию антиопековского законодательства.

«Но, на мой взгляд, учитывая высокую заинтересованность США во взаимоотношениях с Саудовской Аравией, вряд ли эти документы будут продвигаться. ОПЕК совершенно не вписывается в современное антимонопольное право. И то, что картель существует, – это плод большой геополитической сделки, прежде всего между Саудовской Аравией и США. Если она будет сохраняться в силе, ОПЕК ничего не угрожает», – предположил Белогорьев.

Эксперт «Международного финансового центра» Владимир Рожанковский также уверен, что заявление представителей Катара о выходе из ОПЕК 1 января 2019 г. – это чисто политический демарш, который надо разрешать политическими методами.

«Газ у Катара идет как попутный. Для того чтобы добывать больше газа, стране надо наращивать производство нефти. Поэтому позицию Катара на нефтяном рынке необходимо будет обсуждать в рамках ОПЕК+.

Или, например, не дать этой стране выйти из ОПЕК. Доха дала месяц на размышления», – отмечает Рожанковский.